Вышел 1-й том комментария Библейская Динамика на английском

Его можно приобрести здесь https://www.amazon.com/dp/1949900207

Приобретите и подарите своим англоязычным друзьям - это ваша огромная поддержка нашей деятельности!




Бабий Яр (поэма)

Материал из ЕЖЕВИКИ - EJWiki.org - Академической Вики-энциклопедии по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск


Тип статьи: Регулярная исправленная статья


Бабий Яр
Жанр:

поэма

Автор:

Евгений Евтушенко

Язык оригинала:

русский

Год написания:

1961

Публикация:

1961

Бабий Яр — поэма, написанная в 1961 году в Киеве Евгением Евтушенко по мотивам геноцида евреев во время Второй Мировой войны. На основе данной поэмы композитор Дмитрий Шостакович сочинил симфонию. Поэма переведена на 72 языка[1] и сделала Евтушенко всемирно известным[2].

Текст поэмы

Содержание

История создания

Файл:Evtushenko 1961.jpg
Евгений Евтушенко в дни создания поэмы

Евтушенко вспоминает, что первые стихи о трагедии Бабьего Яра опубликовали вошедшие в Киев в 1944 году вместе с Красной армией Илья Эренбург и Лев Озеров. Он прочёл эти стихи в 1944 году в возрасте 11 лет. Стихи Озерова оказали на Евтушенко сильное впечатление[3]. Также Евтушенко говорил, что давно собирался написать стихи, направленные против антисемитизма[2].

Попав впервые в Бабий Яр в 1961 году вместе с писателем Анатолием Кузнецовым, Евтушенко был потрясён отсутствием какого-либо памятника погибшим. Более того, на месте массовых расстрелов была свалка[4].

И вдруг я увидел самую обыкновенную свалку, которая была превращена в такой сэндвич дурнопахнущего мусора. И это на том месте, где в земле лежали десятки тысяч ни в чём неповинных людей, детей, стариков, женщин. На наших глазах подъезжали грузовики и сваливали на то место, где лежали эти жертвы, все новые и новые кучи мусора.

Это зрелище так подействовало на поэта, что он написал поэму за несколько часов, сидя в гостинице[3] Первыми стихотворение услышали зашедшие к Евтушенко в номер Иван Драч и Виталий Коротич. Потом он прочёл поэму по телефону Александру Межирову. После этого запланированное выступление Евтушенко местные власти попытались отменить, но отступили перед угрозой крупного скандала[5].

На следующий день Евтушенко публично прочел в Киеве новое стихотворение. Оно начиналось словами «Над Бабьим Яром памятников нет…» Поэма «Бабий Яр» стала одним из элементов прорыва 20-летнего молчания об этой трагедии[6].

19 сентября 1961 года стихотворение было опубликовано в «Литературной газете». Перед публикацией главный редактор Валерий Косолапов сказал, что ему нужно посоветоваться с женой, поскольку после публикации его уволят. Тем не менее, он принял положительное решение[4][7].

В 1962 году Пауль Целан перевёл поэму на немецкий язык[8][9], на иврит — Эвен Шушана[10]. Всего она была переведена на 72 языка[1].

Свидетельства

Я никогда не забуду день, когда мой отец пришел домой с номером «Литературной газеты» в руке. На лице его было что-то вроде ошеломления – как такое могло быть напечатано. Я никогда не забуду слез моей матери, когда она читала эти стихи.

Во время одной из наших бесед с Евгением Александровичем в эфире я спросил у него, а какова история «Бабьего Яра»? Как же случилось, что вопреки логике той жизни было все это опубликовано в те наши жесткие, суровые времена?

И Женя ответил мне, что написать такие стихи было легче, чем напечатать. Вот что он сам рассказал об этом:

– Подробности о Бабьем Яре я узнал от молодого киевского писателя Анатолия Кузнецова. Он был свидетелем того, как людей собирали, как их вели на казнь. Он тогда был мальчиком, но хорошо все помнил.

Когда мы пришли на Бабий Яр, то я был совершенно потрясен тем, что увидел. Я знал, что никакого памятника там нет, но ожидал увидеть какой-то знак памятный или какое-то ухоженное место. И вдруг я увидел самую обыкновенную свалку, которая была превращена в такой сэндвич дурнопахнущего мусора. И это на том месте, где в земле лежали десятки тысяч ни в чем не повинных людей: детей, стариков, женщин. На наших глазах подъезжали грузовики и сваливали на то место, где лежали эти жертвы, все новые и новые кучи мусора.

Я был настолько устыжен увиденным, что этой же ночью написал стихи. Потом я их читал украинским поэтам, среди которых был Виталий Коротич, и читал их Александру Межирову, позвонив в Москву.

А уже на следующий день в Киеве хотели отменить мое выступление. Пришла учительница с учениками, и они мне сказали, что видели, как мои афиши заклеивают. И я сразу понял, что стихи уже известны в КГБ. Очевидно, мои телефонные разговоры прослушивались.

Когда я его впервые исполнил публично, возникла минута молчания, мне эта минута показалась вечностью... А потом... Там маленькая старушка вышла из зала, прихрамывая, опираясь на палочку, прошла медленно по сцене ко мне. Она сказала, что была в Бабьем Яру – была одной из немногих, кому удалось выползти сквозь мертвые тела. Она поклонилась мне земным поклоном и поцеловала мне руку. Мне никогда в жизни никто руку не целовал.

Но одно дело организовать литературный концерт и совсем другое – быть напечатанным. Мотивировка отказа в те времена была стандартной: «Нас не поймут!»

И тогда я поехал к Косолапову в «Литературную газету». Я знал, что он был порядочный человек. Разумеется, он был членом партии, иначе не был бы главным редактором. Быть редактором и не быть членом партии было невозможно. Вначале я принес стихо­творение ответственному секретарю. Он прочитал и сказал: «Какие хорошие стихи, какой ты молодец. Ты мне прочитать принес?» Я говорю: «Не прочитать, а напечатать». Он сказал: «Ну, брат, ты даешь. Тогда иди к главному, если ты веришь, что это можно напечатать». И я пошел к Косолапову. Он в моем присутствии прочитал стихи и сказал с расстановкой: «Это очень сильные и очень нужные стихи. Ну, что мы будем с этим делать?» Я говорю: «Как что, печатать надо!»

Он поразмышлял и потом сказал: «Ну, придется вам подождать, посидеть в коридорчике. Мне жену придется вызывать». Я удивился, зачем вызывать жену. А он и говорит: «Как зачем? Меня же уволят с этого поста, когда это будет напечатано. Я должен с ней посоветоваться. Это должно быть семейное решение. Идите, ждите. А пока мы в набор направим».

В набор направили при мне. И пока я сидел в коридорчике, приходили ко мне очень многие люди из типографии. Хорошо запомнил, как пришел старичок-наборщик, принес мне чекушечку водки початую с соленым огурцом и сказал: «Ты держись, напечатают, вот ты увидишь».

Потом приехала жена Косолапова. Как мне рассказывали, она была медсестрой во время войны, вынесла очень многих с поля боя. Побыли они там вместе примерно минут сорок. Потом они вместе вышли, она подходит ко мне, не плакала, но глаза немного влажные. Смотрит на меня изучающе, улыбается, говорит: «Не беспокойтесь, Женя, мы решили быть уволенными».

И я решил дождаться утра, не уходил. И там еще остались многие.

А неприятности начались уже на следующий день. Приехал заведующий отделом ЦК, стал выяснять, как это проморгали, пропустили? Но уже было поздно. Это уже продавалось, и ничего уже сделать было нельзя.

А Косолапова действительно уволили. Ведь он шел на амбразуру сознательно, он совершил настоящий подвиг по тем временам.

– Какие были первые отклики на «Бабий Яр»?

– В течение недели пришло тысяч десять писем, телеграмм и радиограмм даже с кораблей. Распространилось стихотворение просто как молния. Его передавали по телефону. Тогда не было факсов. Звонили, читали, записывали. И что особенно характерно: это были в основном русские люди! Мне даже с Камчатки звонили. Я поинтересовался: «Как же вы читали, ведь еще не дошла до вас газета?» «Нет, – говорят, – нам по телефону прочитали, мы записали со слуха». Много было искаженных и ошибочных версий.

А потом начались нападки официальные. Кроме всего прочего, меня ругали за то, что я ничего хорошего не написал про русских, обвиняли во всех грехах. Меня, написавшего к тому времени слова песни «Хотят ли русские войны», которую пели все, включая Никиту Сергеевича Хрущева, я сам это видел. И тот же Хрущев критиковал меня за «Бабий Яр».

– А в мире какая была реакция?

– Невероятная. Это уникальный в истории случай. В течение недели стихотворение было переведено на 72 языка и напечатано на первых полосах всех крупнейших газет, в том числе и американских.

Еще запомнил, как пришли ко мне огромные, баскетбольного роста ребята из университета. Они взялись меня добровольно охранять, хотя случаев нападения не было. Но они могли быть. Они ночевали на лестничной клетке, моя мама их видела. Так что меня люди очень поддержали.

И самое главное чудо: позвонил Дмитрий Дмитриевич Шостакович. Мы с женой даже не сразу поверили, подумали, что чья-то хулиганская выходка. Он меня спросил, не дам ли я разрешения написать музыку на мои стихи. Я сказал: «Ну конечно», – и еще что-то мямлил. И он тогда сказал: «Ну, приезжайте тогда ко мне, музыка уже написана». Это была первая запись. У Максима Шостаковича есть эта первая запись «Бабьего Яра», когда Шостакович пел за хор и играл за оркестр. Максим говорит мне: «Знаете, Евгений Александрович, это совсем не профессиональная запись. Но все равно я считаю, что она уникальная и ее надо выпустить не как профессиональную запись, а как документ человеческий. Ведь это было первое исполнение самой знаменитой симфонии ХХ века».

— Михаил Бузукашвили

Реакция

Поэма вызвала недовольство как среди некоторой части общества, так и руководства государства. В частности, Евтушенко обвиняли в выпячивании трагедии евреев на фоне других жертв нацизма.

Вокруг поэмы завязалась политическая полемика. Через несколько дней в «Литературной газете» появилась статья Дмитрия Старикова, в которой он сравнивая стихи Эренбурга и Евтушенко обвинял последнего в отсутствии интернационализма. Илья Эренбург прислал в редакцию протест против некорректных сравнений, Но ЦК КПСС запретил публиковать его письмо. Бенедикт Сарнов впоследствии назвал статью антисемитской, а Старикова охарактеризовал как «литературного проходимца»[7].

Поэт Алексей Марков написал Евтушенко: «Какой ты настоящий русский, / Когда забыл про свой народ, / Душа, что брюки, стала узкой, / Пустой, что лестничный пролёт». Маркову ответили поэты Самуил Маршак и Константин Симонов, композитор Дмитрий Шостакович, певец Леонид Утесов. В частности, Маршак сравнил Маркова с известным черносотенцем Марковым Вторым, а Утёсов написал в адрес Маркова, что «антисемитизм — есть социализм идиотов»[11][2].

Никита Хрущёв публично обвинил Евтушенко в политической незрелости и незнании исторических фактов. Главный редактор «Литературной газеты» Валерий Косолапов, опубликовавший поэму, был уволен.

В дальнейшем Евтушенко неоднократно подвергался антисемитским нападкам, а борьба с антисемитизмом стала существенной частью его творчества[12]. Во второй раз стихотворение было опубликовано лишь в 1983 году в трехтомном издании. Публичное чтение поэмы запрещалось в Киеве до начала перестройки в СССР[13].

По мнению самого Евтушенко, такая реакция была связана с тем, что тема антисемитизма в СССР была табуирована. Он также утверждал, что получил огромное число писем с выражением поддержки[1].

Значение

Оценивая значение поэмы, Дмитрий Шостакович писал[6]:

Многие слышали о Бабьем Яре, но понадобились стихи Евтушенко, чтобы люди о нём узнали по-настоящему. Были попытки стереть память о Бабьем Яре, сначала со стороны немцев, а затем — украинского руководства. Но после стихов Евтушенко стало ясно, что он никогда не будет забыт. Такова сила искусства.

Евгений Сидоров в книге «Евгений Евтушенко: личность и творчество» отмечал, что в создании в Киеве памятника жертвам Бабьего Яра есть в том числе и заслуга автора поэмы[14].

Сноски

  1. 1,0 1,1 1,2 Михаил Бузукашвили. Евгений Евтушенко о «Бабьем Яре». Номер 2 (181) Журнал "Чайка" (16 января 2011). — Интервью. Проверено 11 февраля 2012.
  2. 2,0 2,1 2,2 Цвибель Д. От Станции Зима к Бабьему Яру. netzulim.org (2008). Проверено 11 февраля 2012.
  3. 3,0 3,1 Евгений Евтушенко о трагедии Бабьего Яра. Русская служба Би-би-си. Проверено 10 февраля 2012.
  4. 4,0 4,1 Алфавит Инакомыслия. Бабий Яр. Передача первая. Радио Свобода. Проверено 11 февраля 2012.
  5. Евгений Евтушенко. Украина не должна допустить бестактность. Русская Служба "Голоса Америки". Проверено 12 февраля 2012.
  6. 6,0 6,1 Соломон Волков. Мемуары Шостаковича (The Memoirs of Dmitri Shostakovich. As Related to and Edited by Solomon Volkov, 1984, ISBN 978-0879100216)
  7. 7,0 7,1 Бенедикт Сарнов Голос крови. Илье Эренбурге). lechaim.ru (Ноябрь 2003, 11(139)). Проверено 13 апреля 2014.
  8. Литература-Немецкий. jewbukovina.nxt.ru. Проверено 11 февраля 2012.
  9. Eric Kligerman. Sites of the uncanny: Paul Celan, specularity and the visual arts p.12, 2007 ISBN 978-3-110-19135-6
  10. Он всем антисемитам, как еврей. netzulim.org. Проверено 11 февраля 2012.
  11. Белкин А. Вокруг стихотворения Бабий Яр. proza.ru. Проверено 11 февраля 2012.
  12. Жидомасон по фамилии Евтушенко. Заметки по еврейской истории. Проверено 10 февраля 2012.
  13. Виталий ОРЛОВ. СЕГОДНЯ ПАМЯТНИК НАД БАБЬИМ ЯРОМ ЕСТЬ (Евгений Евтушенко). vestnik.com. Проверено 10 февраля 2012.
  14. Евгений Сидоров. Евгений Евтушенко: личность и творчество. Художественная литература, 1987, стр. 48

Источники и ссылки

  • Евгений Евтушенко читает поэму «Бабий Яр» на YouTube
  • Евгений Евтушенко. Бабий Яр. evtushenko.net. — поэма на сайте посвящённом Евгению Евтушенко. Проверено 11 февраля 2012.
  • Yevgeny Yevtushenko. «Babi Yar» (англ.). Public Broadcasting Service. — Бабий Яр на английском языке. Проверено 11 февраля 2012.
  • Михаил Самуилович Качан Мы решили быть уволенными. На снимке: Главный редактор "Литературной газеты" Валерий Косолапов. proza.ru (2012/08/17). Проверено 13 апреля 2014.
  • Евтушенко Евгений Товарищ редактор. Цит. по: Евг. Евтушенко. Казанский университет. – Казань, 1971. – С. 20, 84, 55.. lgz.ru (2012/08/17). Проверено 13 апреля 2014.

Уведомление: Предварительной основой данной статьи была аналогичная статья в ru.wikipedia, которая в дальнейшем могла быть изменена и/или дополнена. Опубликовано на условиях лицензии CC-BY-SA.